Гепатит с кто вылечил: Можно ли вылечить гепатит С навсегда и полностью: полезная информация о лечении гепатита С

Содержание

Можно ли вылечить гепатит С навсегда и полностью: полезная информация о лечении гепатита С

Хронический вирусный гепатит – прогрессирующее заболевание, которое вызвано повреждением клеток печени вирусом гепатита С и может привезти к циррозу и раку печени.

Вирусный гепатит С объявлен полностью излечимым заболеванием. Это означает, что современная противовирусная терапия может обеспечить полное выздоровление, то есть полное удаление вируса из организма.

Современная противовирусные терапия – это препараты прямого противовирусного действия—   высоко эффективные и хорошо переносятся.

Вероятность выздоровления близка к 100 %, однако реальные прогнозы в каждом случае оцениваются врачом по-разному, но не ниже 95 %. Гарантий на выздоровление нет, риск неполучения результата невысокий и зависит от качеств самого вируса, который может быть мутантным и устойчивым к препаратам. В таких случаях подбор терапии проводится гепатологом с учетом выявленных мутаций.

Курс лечения у пациентов без цирроза короткий, 12 недель, при компенсированном циррозе 24 недели, при декомпенсированном циррозе назначать терапию уже опасно.

Во время терапии качество жизни не ухудшается, лечение хорошо переносится. Побочные действия препаратов возможны, они проявляются редко и оказывают влияние на сердце, почки, щитовидную железу. Поэтому до начала терапии необходимо обследование этих органов, а вовремя лечения — контроль.

Препятствием для выздоровления является, чаще всего, слишком позднее обращение к специалисту для назначения правильного лечения.

Лечение вирусного гепатита С требует высокой квалификации врача, опыта, информированности обо всех деталях и сложностях противовирусной терапии, умения справляться с побочными действиями.

Вылечить гепатит С можно. Для этого надо вовремя и обратиться к специалисту – гепатологу.

Как вылечить гепатит С? – Своевременно обратиться к квалифицированному гепатологу!

Я вылечился от гепатита С — The Village Беларусь


В начале двухтысячных гепатит С называли «тихим убийцей» — перспективы у заболевших были не самыми радужными: смерть от цирроза в относительно молодом возрасте. Но теперь, благодаря появлению противовирусных препаратов прямого действия и относительно доступных дженериков, гепатит С может стать первой вирусной инфекцией, которую удастся искоренить без вакцины.


The Village Беларусь побеседовал с минчанами, победившими гепатит при помощи индийских аналогов дорогостоящего оригинала от компании Gilead.


Основной путь передачи гепатита С — через кровь: во время переливания, тату, пирсинга, при инъекциях, от матери к ребенку во время процесса родов. При незащищенном половом контакте с носителем вируса вероятность передачи составляет всего 3–5 %. Он также не передается при бытовых контактах и воздушно-капельным путем.


Еще несколько лет назад больным гепатитом С в нашей стране предлагали интерферонотерапию — курс уколов стоимостью в 10–15 тысяч долларов и эффективностью 60– 70 % (при первом генотипе). Но в 2013 году появилась возможность лечить болезнь без интерферона — препаратами прямого противовирусного действия с практически стопроцентной эффективностью по полному удалению вируса. Правда, тот же софосбувир от компании Gilead стоил около 70 тысяч евро, что делало его недоступным для многих жителей Беларуси.


Настоящим спасением стало появление на рынке дженериков — препараты выпускаются по лицензии разработчика фармацевтическими компаниями в Египте, Индии и Китае. Они значительно дешевле оригинальных лекарств — курс лечения в среднем стоит от 800 до 1 500 долларов.


Глядя на зарубежный опыт, попытки освоить производство дженериков предприняли и несколько беларуских заводов, например, «Фармлэнд». В интервью журналу «Имена» директор «Балтас Центра» Сергей Кульпекша пояснял: «Альтернатива какая была? Вот есть Беларусь, где официально препарата нет, а есть весь мир, где эти таблетки продаются, как аспирин. И наши пациенты заказывали препараты у каких-то странных дилеров. Доктора, конечно, снимали с себя всю ответственность за использование таких препаратов. Мы не имеем право назначать лекарства, которые не зарегистрированы в Беларуси. Так что беларуские производители сильно подвинули процесс вперед».


Со второй половины 2017-го в Беларуси гепатит С лечат за счет средств бюджета. Так, сейчас около двух тысяч человек включены в программу лечения; стоимость курса — 800–900 долларов.


Предоставление бесплатного лечения гепатита С регламентирует Инструкция, утвержденная Министерством здравоохранения (приказ от 24.01.2018 года №51). Согласно ей, лечение будет в первую очередь предоставляться пациентам с «продвинутым поражением печени»; с гепатитом В или ВИЧ; имеющим поражения других органов; заразившихся во время медицинского вмешательства; женщинам репродуктивного возраста, планирующим беременность. Поэтому молодые парни с первой стадией фиброза находятся в конце очереди — им рекомендуют продолжать наблюдаться у доктора и периодически сдавать биохимический анализ крови и делать УЗИ.


Митя Писляк, художник


Я узнал о своем заболевании в 2011 году, когда мне было 30 лет. До сих пор не знаю, как я заразился — да это уже и не важно. Я проходил обычную медкомиссию для получения водительских прав, и оказалось, что какие-то показатели в крови превышены в несколько раз. Меня отправили на пересдачу, и вот тогда я узнал, что такое заболевание имеет место быть.


На тот момент я не знал, что такое гепатит С, мне казалось, что это нечто вроде желтухи, значит, можно не волноваться. Уже потом я начал изучать информацию и узнал, что люди могут жить с этим заболеванием пять лет, а потом все, до свидания. На тот момент это было смертельно, тем более что мне попался самый адский и плохо поддающийся лечению генотип — кажется, 1с.


Семь лет назад, чтобы вылечиться, предлагался классический способ — химиотерапия и параллельно уколы и таблетки (на деле это лечение интерфероном в сочетании с рибавирином — прим.авт.). Нужно было раз в неделю колоть укол — причем следовало разбить живот на четыре части и каждый раз колоть в новую часть. Государство компенсировало только первые два укола, а остальное требовалось покупать самостоятельно. Доза на неделю стоила триста долларов, курс длится полгода-год в зависимости от степени поражения печени и генотипа.


Мне сказали, что шансы на выздоровление 70 %, но было видно, что число назвали навскидку, а так хорошо, если 30–40 %. То есть, ты тратишь 10–15 тысяч долларов на лечение, плюс у тебя еще выпадают волосы, рассыпаются коленки и так далее, а в конце тебе говорят: «Лечение, к сожалению, не помогло».


Поэтому я оттягивал этот момент как мог — дотянул до 2016-го, пил таблеточки, ходил в инфекционную больницу на Кропоткина, даже лежал там один раз на обследовании. Кстати, как в санатории побывал: завтраки, массажи, прогулки по внутреннему дворику. Мне не раз предлагали начать лечение, но я отказывался, говорил, что уже прошел поддерживающий курс и «пойду дальше гулять».



Все это время я чувствовал себя хорошо, у меня ничего не болело. Но анализы показывали, что ситуация ухудшается, вирусная нагрузка увеличивается, и количество вируса уже достигает каких-то миллионов в энной степени


Я отказался от алкоголя, жирного, стал вегетарианцем и до сих пор не употребляю все, что движется, ни рыбу, ни мясо. Но в конце концов я понял, что этот вопрос надо как-то решать. Потому что, болея гепатитом, ты не можешь строить долгосрочные планы вроде «вот сейчас подучусь и открою свою фирму». Нет, ты просто живешь одним днем.


Хотя, с одной стороны, это даже и хорошо. По идее, это идеальный способ жизни: ты знаешь, что тебе осталось жить пару лет, и потому все делаешь быстро, не спрашивая чужого мнения. Ты точно знаешь — если не сделать это сейчас, то не сделаешь уже никогда.


Я так и поступал. Например, в один момент я захотел отправиться в путешествие по Италии. Хотя у меня был только старенький Fiat Punto с подтекающим масляным поддоном и две тысячи долларов, мы с моей девушкой просто сели и поехали, не боясь, что авто сломается прямо на дороге. В итоге этот поддон развалился только в Минске по возвращении, а мы получили приятные впечатления от поездки.


Мне кажется, жить надо именно так — сейчас, не откладывая на завтра. Если подавлять свои настоящие желания и думать, что «потерплю еще лет пять, а потом заживу», то эти пять лет никогда не наступят.


Сейчас я уже забыл про эту науку и планирую какие-то дела, бизнес, переезд, не обращаю внимания на свои настоящие желания и чувствую себя от этого хреново. Наверное, нужно вернуться к прежнему состоянию.


Все это время, до 2016-го, я общался только с теми, с кем хотел, не тратил свое время на ненужное построение фразы. Все стало чисто, четко и понятно. Из моей жизни ушло огромное количество «псевдодрузей». Я ведь не пью, значит, со мной не весело, тем более что я еще и больной — заражу чем-нибудь. Реально — мне подсовывали новый стакан, чтобы не пить со мной из одной посуды. Когда человек не знает, как происходит передача гепатита, он старается оградиться по максимуму.


Нет, я не сталкивался со стереотипом, что «гепатитом болеют только наркоманы» — видно же, что у меня руки не исколоты. А врачи понимают, что гепатитом болеют далеко не наркоманы. На тот момент, что я лечился, мне говорили: «У нас каждый третий-четвертый с гепатитом и не знает об этом». Ничего же не болит. Просто ты ходишь-ходишь, а потом бац —и у тебя поражение печени четвертой степени.


В 2016-м я решил: либо нужно заболеть окончательно, либо вылечиться. Одно время я даже думал отправиться в Индию к аюрведическим товарищам, но затем мои родители рассказали мне о новых лекарствах — что в Америке их продают за 80 тысяч долларов, но есть альтернатива купить в Индии за полторы тысячи. При этом не надо колоть себя в живот, ничего не болит, волосы не выпадают, и излечиваемость почти 100 %. А если ты не выздоровел с первого раза, то можешь просто пройти другой курс.


Первым делом я пошел к врачам и спросил: «Какое у вас мнение как у профессионалов о дженериках?». Мне ответили: «Да, мы в курсе, но не можем рекомендовать эти препараты, поскольку не проверяли их эффективность. Мы рекомендуем нашу стандартную схему лечения». Я стал доказывать, что как так-то, люди излечиваются почти в 100 % случаев, вот схемы, вот цена. На что мне сказали, что если я все знаю, то «иди лечись, но мы не будем тебя сопровождать и не несем за тебя никакую ответственность». В конце концов они нехотя согласились, чтобы я приходил для наблюдения за моим состоянием. «Офигенное у нас лечение в Минске», — подумал я.


Я попросил знакомого, который тогда был в Индии, зайти в аптеку и просто купить мне нужное лекарство. Он привез мне три аккуратные баночки по 30 таблеток, каждая стоила 250 долларов. Уже после первой таблетки я сдал анализы, и оказалось, что мои миллионы вируса резко уменьшились. По окончании курса я сдал один анализ, второй, и мне сообщили, что количественный анализ показал «ноль». То есть, вируса не обнаружено.


Я сразу пришел к инфекционистам и сообщил, что вылечился. Что они ответили? Ничего. «Спасибо, до свидания». С тех пор я ни разу к ним не обращался, каждые полгода сдаю анализы в частных лабораториях и фактически занимаюсь самолечением.


Сейчас я не вижу проблему в гепатите, для меня это как простуда — ты просто покупаешь дженерики и все, ты вылечился. Этот вопрос фактически решен.


Иван Коневега


Я заразился в 14 лет, в 92-м году — в то время его даже не ставили как диагноз. А узнал в 18, во время призывной комиссии, когда врачи обратили внимание на мои анализы крови.


Откуда я знаю, что заразился именно тогда? Когда выяснилось, что это гепатит С, стали поднимать все эпикризы, и выяснили, что в 14 лет у меня было две операции с промежутком в полгода. Скорее всего, в какую-то из этих операций мне и занесли инфекцию.



Меня поставили на учет, но я не ходил в поликлинику — не было доверия к тем, кто меня заразил


Жил с этим нормально, ни в чем себе не отказывал: у меня не было специальной диеты, я не отказывался от алкоголя. Да, инфекционисты говорили, что надо себя ограничивать, но мне было все равно. У меня, наверное, нетипичный случай, потому что на форумах люди писали, как они сидят на строгой диете, а у них при этом фиброзы третьей степени (поражение печени, при котором происходит постепенная замена ее ткани на грубую рубцовую (процесс фиброза), от первой до четвертой степени, последняя стадия — цирроз — прим.авт.). Единственное, что у меня возрастала вирусная нагрузка. Чтобы понимать: у заразившихся вирусная нагрузка, условно говоря, 228 тысяч. У меня же к моменту начала лечения было 27 миллионов. Но не могу сказать, что это как-то повлияло на качество моей жизни.


Наверное, я фаталист, но к своему заболеванию я отнесся спокойно, потому что всегда был уверен, что медицина как меня заразила, так и вылечит. Я не чувствовал себя плохо, разве что болел чаще, так как страдал иммунитет. Дело в том, что когда ты болеешь, врач должен решить: или прописать тебе антибиотик, который вреден и для печени здорового человека, или оставить инфекцию «неубитой», но не дать толчок болезни. В итоге мне советовали сначала попить укрепляющие таблетки для печени.


Нельзя сказать, чтобы я совсем себя не берег. Нет, я прошел несколько полугодичных курсов поддерживающей терапии, пил, например, эссенциале форте. Но все частным образом. Госучреждения только предлагали стать на учет и каждые полгода сдавать биохимию, а когда с тобой все станет вообще плохо, и ты пожелтеешь, перевести тебя в инфекционную больницу и провести курс лечения. Но я на это забил и занимался, грубо говоря, самолечением.



Может, я ошибаюсь, но на моем пути не попалось ни одного толкового инфекциониста. Возможно, потому, что я не ходил в инфекционку на Кропоткина. В моей же поликлинике были полные идиоты


Наверное, их основная задача заключалась в выписывании справок для санитарной книжки, и из-за этой рутины не хватало времени на изучение новых методов лечения. В итоге я знал больше, чем медики. За все время, что я стоял на учете, мне ни разу не позвонили и не сказали: «Иван, у нас есть суперподдерживающее лекарство, приходите, мы вам его дадим». Не знаю, может, сейчас что и изменилось, но тогда было так.


Как я жил с гепатитом? Нормально. Самым неприятным было то, что я был вынужден предупреждать врачей о своем заболевании. На меня тут же смотрели как на наркомана. То есть, в лицо ничего не говорили, но говорили «мгм», типа: «Все с тобой понятно». То, что это могло прийти с их стороны, медики не рассматривали. Да, было много и положительных примеров, но в случаях, когда я либо приходил на платный прием, либо обращался по рекомендации. Моя болезнь точно изменила мое отношение к нашим врачам. Да, может, сейчас все и изменилось, но осадок остался.


Однако я понимал, что лучше предупредить врачей до начала процедуры, чтобы они надели перчатки и простерилизовали инструменты, потому что все ведут себя так, будто у них несколько жизней, а люди не болеют тем же ВИЧ. Мне как человеку, заразившемуся в медучреждении, это было важно.


По статистике половым путем гепатит передается в очень маленьком проценте случаев. Но однажды я состоял в отношениях с девушкой и не предупредил ее. Было очень неприятно, когда она все узнала. Слава богу, она не заразилась. Это был мне урок, что лучше сразу расставлять все точки на i. Однако за все годы, что я жил со своей семьей, женой, никто из них не заразился, хотя, конечно, за все это время у меня были порезы и шла кровь.


Я не афишировал свое заболевание. Конечно, близкие люди знали, а остальным зачем эта информация? Ну и что, что гепатит? Бытовым путем он не передается. Кроме того, если человек необразованный, у него тут же возникнет предубеждение, какой-то барьер. Это не его вина — просто он раньше с таким не сталкивался. Я тоже не обязан знать обо всех болезнях в мире. Если человек брезгует, то почему я должен обвинять его в этом? Только потому, что он не знает? Ну так пусть и не знает дальше.


Но, конечно, при всех процедурах, связанных с кровью, лучше спрашивать, простерилизованы ли инструменты. Меня, например, смущают сверла у зубного в картонках. Невозможно понять: это новое сверло или его положили в картонку уже использованным?


Об индийских дженериках я узнал полтора-два года назад. Схема простая: ты просто отправляешь врачам свои анализы, и они уже говорят: «Нужны такие-то таблетки, вот ваша стоимость, переводите деньги».


Количество лекарств зависит от генотипа. Мой курс включал одну таблетку в день на протяжении трех месяцев. Конечно, желательно принимать лекарство в определенное время, чтобы организм привыкал. Не знаю, можно ли сочетать эти лекарства с алкоголем, но за месяц до начала курса и два месяца после я не пил. Ведь глупо из-за минутного удовольствия гробить не самый дешевый вариант лечения — порядка 900 долларов. Многие, кстати, после лечения бросают пить, понимая, что жизнь неплоха и без алкоголя.


Да, у меня были побочные эффекты, например, депрессия. У всех по-разному: у кого-то меняется стул, у других возникает бессонница, у третьих вообще без последствий. У меня лично три недели были усталость, бессонница и депрессия, короче говоря, половина «побочек», указанных в инструкции. Да, это не ярко выраженные симптомы, работоспособность остается, но усталость все равно выражена. Возможно, это зависит и от психологического настроя или эмоционального фона.


У меня уже после первого месяца лечения пришли в норму показатели АЛТ и АСТ (уровень ферментов в крови, показывающих степень некроза печеночной ткани — прим.авт.). После трех месяцев вируса в принципе не было.


По-моему, мой инфекционист до сих пор не знает, что я вылечился. Да, у меня все еще позорная красная полоса на всю карточку, но меня это не волнует. Если я захочу, то приду к ним с результатами анализов. Но если они опять потребуют проходить все круги ада, чтобы сняться с учета, я откажусь.



Текст: Тамара Колос


Обложка: Matese Fields

Вылечить гепатит С: украинка «подпольно искала сама» лекарства и выздоровела

  • Анастасия Дзюбак, Кропивницкий
  • для BBC News Украина

Автор фото, Getty Images

Підпис до фото,

Американка Терри Аддаббо благодаря новым лекарствам вылечилась от гепатита С. Эти же препараты помогли выздороветь и нашей героине

По оценкам Минздрава, сейчас вирусным гепатитом C в Украине инфицировано около 5% населения. Это полтора миллиона человек, большинство из которых не знает о своей болезни.

Светлана (имя изменено по просьбе героини) также узнала о своей болезни случайно. Далее был путь самостоятельного поиска лечения.

О диагнозе узнала случайно

12 лет назад женщина попала в больницу с болью в ногах.

«Начало крутить ноги. Пришлось отказаться от каблуков. С этим и обратилась к врачу. Диагностировали реактивный артрит — это фактически реакция организма на определенный раздражитель. Начали искать причину и обнаружили гепатит С, который очень редко дает такую ​​симптоматику».

Обычно болезнь может длиться бессимптомно 10-15 лет, за что и получила название «ласковый убийца».

На тот момент о заболевании Светлана знала мало.

«Несмотря на то, что работала в организации, которая помогает людям с ВИЧ, регулярно проходила экспресс-тест на эту инфекцию, на гепатиты внимания как-то не обращала», — говорит Светлана.

По ее словам, она точно знает, что причиной ее болезни стала татуировка.

Автор фото, Getty Images

Підпис до фото,

Вирус гепатита С

«Лет 15 назад хороших тату-салонов не было, а те, что были — очень дорогие. Мы с братом делали тату «на дому» у его знакомых, каким-то кустарным аппаратом. Перед процедурой держали иглы в спирте», — вспоминает женщина.

Сомнения о том, откуда болезнь, исчезли после того, как брат также сдал анализ, и у него обнаружили гепатит того же генотипа.

Без надежд на государство

К тому времени уже существовала государственная программа лечения гепатитов, однако согласно протоколам в очередь могли стать только пациенты с фиброзом 3-4 степени — фактически с началом разрушения печени.

То есть, если начать лечение в это время, то после выздоровления от гепатита надо браться за восстановление печени.

«У меня не было фиброза вообще. Мне сказали, что у меня латентная форма болезни и я могу быть свободна», — говорит Светлана.

С болезнью прожила десять лет: все это время искала, как можно получить лечение, а не только поддерживающую терапию.

К тому же, в то время государство закупало для лечения пациентов интерферон и рибовирин. Эти лекарства давали лишь 50% шанс на выздоровление, а кроме того, имели серьезные побочные эффекты и возможность рецидива.

«Тогда узнала о препаратах софосбувир и даклатасвир, которые тогда только появились. Они дают 96% гарантии на выздоровление. Цена на лекарства была заоблачная — более 10 000 долларов курс», — говорит женщина. На тот момент она, мать-одиночка, понимала, что позволить себе это лекарство не может.

К тому же, сертифицированным был только один из двух нужных препаратов: даже если каким-то образом за счет государства ты получишь один, то другой приходилось как-то докупать самому.

Автор фото, Getty Images

Підпис до фото,

Препарат софосбувир, который помогает в лечении, но стоит очень дорого

Спасительные дженерики

Два года назад Светлана таки прошла курс лечения и выздоровела, приобретя дженерики — непатентованные лекарственные препараты, воспроизводящие оригинальные препараты.

Такие лекарства производят в Индии и Египте. Курс лечения ими стоил около 500 долларов и позволял выздороветь за три месяца употребления таблеток дома.

В Украине они были не были сертифицированы, то есть фактически — нелегальны.

«В нашей стране можно купить все, что угодно. Я находила и в интернете, и в аптеках. Иногда продают просто с рук, привезенный из Египта. Даже врачи дают телефоны дистрибьюторов, которые продадут препараты», — признается женщина.

После лечения Светлана сдала анализ ПЦР (полимерно-цепная реакция, которая определяет присутствие вируса в плазме крови), который подтвердил, что она выздоровела.

«Анализ подтвердил, что выздоровела. Однако, если сдавать сейчас эспресс-тест, он покажет положительный результат, ведь в крови остались антитела. Это нормально», — говорит Светлана.

Экспресс-тест на гепатиты можно пройти в медицинских учреждениях или легко приобрести в любой аптеке: его стоимость составляет от 40 до 120 гривен, а от некоторых разновидностей гепатита даже можно сделать прививку.

А несколько лет назад Украина перешла на новые международные протоколы и стала лечить гепатит теми препаратами, которые Светлана не могла себе позволить несколько лет назад, и их аналогами.

Последнюю партию препарата, а это более 7 000 курсов для лечения от гепатита С, по данным Центра общественного здоровья Минздрава, отправили в регионы в этом июле.

Чтобы получить лечение за счет государства, необходимо обратиться с заявлением на имя руководителя областного департамента здравоохранения или главного врача медучреждения.

Однако, как и несколько лет назад, существует очередь, и предпочтние отдают пациентам с серьезными поражениями печени и другими заболеваниями, влияющими на более быстрое прогрессирование гепатита, например, ВИЧ. Среди «льготных» категорий — дети и участники АТО.

Гепатит – это уже не смертельно: как вылечить болезнь в России

«Врач УЗИ сказал мне, что с таким диагнозом я проживу еще максимум лет 10, — вспоминает Вадим. — Лечить мой гепатит на тот момент было нечем — интерферон не назначали из-за низких тромбоцитов, а только появившиеся на тот момент препараты прямого противовирусного действия при таком циррозе, как у меня, могли назначаться только в сочетании с рибавирином. Который, опять же, мне был противопоказан из-за тромбоцитов».

Мужчину поставили в очередь на трансплантацию. Пока он собирал справки и мучился от внутренних кровотечений, прошло четыре месяца. Очередное обследование принесло еще одну неприятную новость: у Вадима обнаружили гепатоцеллюлярную карциному, то есть рак печени. Медлить было нельзя.

В декабре 2017 года Вадима прооперировали в московском НИИ им. Склифосовского. Трансплантацию перенес хорошо. На пятый день уже ходил, на 19-й выписали из больницы. Неделю назад Вадим закончил трехмесячный курс терапии гепатита С. Вирус перестал обнаруживаться после первого месяца приема лекарств…

По данным референс-центра по вирусным гепатитам Роспотребнадзора, только в 2015 году от цирроза печени, вызванного хроническим гепатитом С, умерло около 15 тысяч человек. Еще 1600 человек скончались от рака печени, также вызванного этой инфекцией. А если учесть, что эта статистика не принимает в расчет гепатит В, который также способствует развитию цирроза и гепатоцеллюлярной карциномы, ситуация становится не просто тревожной, а угрожающей.

«Я прививки не боюсь, если надо — уколюсь!»

В больнице Вадим познакомился с 63-летним Евгением из Нижнего Новгорода. Тот стоял в очереди на пересадку печени из-за рака, вызванного хроническим гепатитом В.

Евгений подозревает, что подхватил вирус в армии. Солдаты в приказном порядке были донорами. Кровь у всех брали одной иглой, видимо, тогда и произошло инфицирование.

Евгений прожил с гепатитом В, не подозревая о том, что болен, почти 40 лет. А потом узнал, что у него рак печени и нужна трансплантация. Операция завершилась успешно, и уже через три месяца после этого мужчина вышел на работу.

«Я 20 лет жил с хроническим гепатитом B. А перед Новым годом вылечился»‎


Оксана Станевич

Врач-инфекциониста ПСПбГМУ, эксперт «Просто спросить» и «Просто спросить о COVID-19» Фонда медицинских решений «Не напрасно», сооснователь лектория ViriON

— Насколько уникальна история Алексея?

Случаи спонтанной элиминации HBsAg (удаления вируса из крови. — Прим.ред.) с сохранением при этом IgG к HBcorAg и низкой виремией ДНК ВГВ (менее 100 копий/мл) действительно происходят редко. Так, в Корее — эндемичном (свойственном определенной местности. — Прим.ред.) регионе по вирусному гепатиту В — кросс-секционное исследование (метод одновременного исследования, в котором собирают данные о людях на разных стадиях жизни. — Прим.ред.) с участием 159 пациентов гемодиализа и 121 здоровых добровольцев выявило 1,3 % и 2,5 % соответственно таких случаев.

После длительного приема нуклеозидных аналогов (тенофовир, энтекавир) устойчивая элиминация HBsAg происходит, по разным исследованиям, от 5 до 8 %. Но в популяции населения РФ это соотношение пока остается не до конца выясненным. Важно отметить, что в упомянутых исследованиях больные наблюдались какое-то время и у части из них было возвращение HBsAg.

— Есть ли рациональное зерно в предположениях Алексея о том, что различные прививки повлияли на его функциональное излечение?

К сожалению, убедительных данных о том, что вакцинация стимулирует иммунитет против хронических инфекций и, в частности, ускоряет элиминацию HBsAg, а также подавляет репликацию (процесс удвоения молекулы ДНК. — Прим.ред.) ДНК вируса нет. Но получить прививки таким больным необходимо, в этом смысле Алексей абсолютно прав: хронические инфекции могут осложнять течение других инфекций, поэтому особенно важно выполнять специфическую профилактику.

— Может ли человек с хроническим гепатитом В или С вакцинироваться от ковида?

Если в настоящий момент хронические гепатиты находятся не в стадии обострения, выполнение прививки от новой коронавирусной инфекции (НКИ) не противопоказано. Более того, как и в случае других инфекций НКИ может протекать тяжелее у больных с хроническим вирусным гепатитом, поскольку зачастую коронавирус через сложную патогенетическую цепочку сам нарушает функцию печени. К тому же при наличии сопутствующих хронических вирусных гепатитов больным тяжелой НКИ ограничены показания к назначению препаратов антицитокиновой терапии — такой, которая подавляет иммунитет при наличии у больного цитокинового криза (состояние, когда иммунная система выбрасывает в кровь все воспалительные молекулы — цитокины. — Прим.ред.).


Гепатит С можно вылечить! / Статьи специалистов / Семейная клиника «Танар»

28 июля в мире отмечали Всемирный день борьбы с гепатитом. Достижением последнего десятилетия стала возможность вылечить гепатит С полностью. И очень важно, чтобы люди об этом знали. Врачу-инфекционисту Семейной клиники «ТАНАР» Юлию Бунову удалось помочь вылечить гепатит С уже 30 пациентам, обратившимся к нему с этой проблемой.

— Существует пять основных типов вируса гепатита – A, B, C, D и E, — поясняет Юлий Альбертович. Среди них наиболее опасные – гепатиты В и С (передаются парентерально — через кровь). Если не начать лечение вовремя, то эти гепатиты могут перейти в цирроз печени и рак печени. По данным статистики, гепатиты B и C в совокупности являются наиболее частой причиной смерти, ежегодно унося жизни 1,4 млн человек.

В то же время, если несколько лет назад о полном уничтожении вируса С в организме можно было только мечтать, то сейчас разработаны и активно применяются в лечении препараты, позволяющие в течение трех месяцев победить этот вирус полностью.

С гепатитом В ситуация сложнее, так как курс лечения достаточно длительный и нельзя со 100% уверенностью говорить о его уничтожении в организме, но он очень хорошо подавляется препаратами. Важно также помнить, что эффективной профилактика гепатита В — трехкратная вакцинация. А затем раз в 10 лет ревакцинация.

Юлий Бунов обращает также внимание на то, что подтверждением наличия вируса гепатита С в организме является анализ крови на гепатит С методом ПЦР. А подтверждением наличия вируса гепатита В – анализ крови на HBsAg. Для назначения дальнейшего лечения также желательно сдать анализ кровь — АЛТ (печеночные пробы) и сделать УЗИ печени. Все это можно предварительно пройти в СК «ТАНАР».

— Недавно был такой случай, рассказывает Юлий Бунов. — На прием пришла молодая женщина и сказала, что хочет пройти лечение от гепатита С. Во время беременности у нее брали анализ — кровь методом ИФА на антитела к гепатиту С (результат — положительный). Я ей объяснил, что это еще не показатель, чтобы назначать лечение от гепатита С. Для подтверждения диагноза нужно сдать кровь методом ПЦР на гепатит С. И когда она сделала этот анализ, то он оказался отрицательным, вирус не обнаружен. А она пять лет ходила с мыслью, что у нее гепатит С и что он не лечится. Дело в том, что в 15% случаев вирус сам уходит из организма, а антитела остаются на всю жизнь. Но эти антитела не защищают человека от повторного заражения.

Записаться на прием к инфекционисту в СК «ТАНАР» можно по телефону (8552) 20-40-20, 20-40-11.

Лечение гепатита С Гастроэнтерологический центр Эксперт

Истории наших пациентов
Лечение хронического гепатита C и фиброза печени

Пациентка 45 лет обратилась с жалобами на общую слабость, повышенную утомляемость, плохой сон, перепады настроения, боли в правом подреберье. Кроме того, необходимо было установить причины неэффективности проводимой ранее терапии хронического вирусного гепатита C и подобрать новое лечение.

История заболевания и проведенные обследования

С 2010 года пациентка страдала вирусным гепатитом С и уже обращалась за медицинской помощью в другое медицинское учреждение. Однако, несмотря на проводимую терапию достичь полного уничтожения вируса гепатита С не удалось и через 4 недели после окончания терапии вирусная нагрузка снова выросла.

Обследование в Гастроэнтерологическом центре «Эксперт» выявило инфицирование вирусом гепатита С генотип 1b с высокой вирусной нагрузкой, повышенные биохимические показатели, начальную степень желчнокаменной болезни, 4 стадию фиброза печени по шкале METAVIR. Для оценки стадии фиброзных изменений в печени использовался новый метод ультразвуковой диагностики —эластография сдвиговой волны с помощью ультразвукового аппарата PhilipsEPIQ 5 премиум класса.

При проведении ФГДС у пациентки были выявлены признаки начального варикозного расширения вен пищевода, проявления хронического эрозивного гастрита и наличие бактерии Helicobacter Pilory. 

Поставленный диагноз и лечение

Таким образом, возможной причиной неэффективности терапии вирусного гепатита С было неверно подобранное лечение с учетом стадии фиброза. На основании новых данных обследования выявлен фиброз печени 4 стадии, что потребовало добавления в схему противовирусной терапии рибавирина. Учитывая результаты предшествующего лечения, активность заболевания, стадию фиброза печени, генотип вируса, пациентке был назначен 12-недельной курс 3-х компонентной терапии софосбувиром, даклатосфиром и рибавирином.

Через 2 недели от начала терапии был достигнут положительный результат, по лабораторным данным вирус гепатита С в крови отсутствовал, что сохранялось на 4, 8 и 12 неделях терапии, а так же через 4 и 12 недель после окончания лечения.

В дальнейшем пациентке рекомендовалось соблюдение диеты, полный отказ от употребления алкоголя, прием препаратов по поводу желчнокаменной болезни и антихеликобактерная терапия.

Лечение гепатита С и цирроза печени

Пациент 48 лет обратился с жалобами на общую слабость, потемнение мочи, кашицеобразный стул. Кроме этого его беспокоили периодически вздутие живота, чувство тяжести в правом боку, отрыжка воздухом. Пациент не курил, но регулярно употреблял алкоголь.

История заболевания и проведенные обследования

Жалобы, послужившие причиной обращения пациента  в Гастроэнтерологический центр «Эксперт», беспокоили его в течение последних 3 месяцев. Диагноз «Хронический вирусный гепатит С» был установлен около 6 месяцев назад случайно во время планового медицинского осмотра.

За помощью ранее не обращался, специфического лечения не получал, самостоятельно начал принимать лекарства.

Пациент предоставил данные исследований, согласно  которым у него имелись варикозное расширение вен пищевода без признаков угрозы кровотечения,  увеличение печени и селезенки, умеренное наличие жидкости в брюшной полости, признаки портального цирроза; в биохимическом анализе крови отмечалось повышение печеночных ферментов.

Для уточнения диагноза были выполнены исследования, в результате которых было выявлено инфицирование вирусом гепатита C генотипа 3а/3b с высокой вирусной нагрузкой, повышенный риск развития рака печени.

Поставленный диагноз и лечение

Был установлен диагноз: «Цирроз печени смешанной этиологии (вирусной + токсической) с синдромом портальной гипертензии, варикозное расширение вен пищевода 2 степени (риск кровотечения — 0).

Пациенту был рекомендован полный отказ от употребления алкоголя и назначено лечение вирусного гепатита С, направленное на уничтожение вируса.  Принимая во внимание нормальный уровень тромбоцитов в клиническом анализе крови, а так же нулевой риск кровотечения из варикозно-расширенных вен пищевода, лечение включало комбинацию препаратов софосбувир+даклатасфир+рибавирин курсом 24 недели.

Для нормализации давления в системе воротной вены были назначены β-адреноблокаторы; для уменьшения асцита были назначены калийсберегающие диуретики. Лечение проводилось на фоне минимального приема гепатопротекторов и препаратов, снижающих секрецию соляной кислоты желудком.

В процессе лечения пациент находился под наблюдением лечащего врача и был консультирован в соответствии с этапами лечения на 2,4,8,12,16 и 24 неделях. Назначенную терапию пациент переносил удовлетворительно.

После окончания противовирусной терапии на контрольном обследовании по лабораторным данным вирус гепатита С в крови отсутствовал, риск рака печени снизился в несколько раз, показатели, характеризующие состояние печени, также снизились до своих нормальных значений.

Изобретатель лекарства от гепатита С получил престижную награду Эдинбургского университета

Медицинский химик, нашедший лекарство от вирусного гепатита С, получил престижную награду Эдинбургского университета.

Доктор Майкл Дж. София, разработавший препарат софосбувир, в этом году стал лауреатом премии Кэмерона в области терапии.

Гепатит С — инфекционное заболевание, поражающее в первую очередь печень. Без вмешательства он может перерасти в хроническое заболевание на всю жизнь, которое вызывает серьезное повреждение печени и рак печени.Пострадало около 71 миллиона человек во всем мире.

Софусбувир останавливает размножение вируса, блокируя ключевой белок, необходимый вирусу для воспроизведения своего генетического материала.

Препарат не имеет таких резких побочных эффектов, как более старые, менее эффективные методы лечения, и сокращает время лечения с одного года до 12 недель.

Доктор София создала софосбувир в 2007 году, и препарат был одобрен для использования в 2013 году. Более 95 процентов пациентов с наиболее распространенной формой гепатита С теперь могут быть излечены этим лечением.Теперь, когда софосбувир является основой комбинированной терапии, все формы гепатита С можно вылечить.

Совсем недавно исследователи начали изучать, можно ли использовать препараты на основе софосбувира для лечения Covid-19.

Софосбувир широко считается одним из величайших достижений медицины в нашей жизни, и я рад, что доктор София приняла эту награду в знак признания его открытия ».

Профессор Мойра Уайт, проректор и руководитель Колледжа медицины и ветеринарной медицины Эдинбургского университета

Доктор.В настоящее время София является соучредителем и главным научным сотрудником Arbutus Biopharma, американской биофармацевтической компании, занимающейся открытием, разработкой и коммерциализацией лекарства для пациентов, страдающих хронической инфекцией гепатита B.

Для меня большая честь быть избранным на получение Камероновой премии в области терапии от Эдинбургского университета. Премия Камерона имеет долгую и выдающуюся историю, и прошлые победители представляют самых лучших из тех, кто внес важный вклад в медицину.Унизительно быть среди тех, кто за эти годы изменил медицину. Сегодня, когда мы сталкиваемся с призраком глобальной пандемии, нам напоминают, что мы должны продолжать стремиться к развитию медицины на всех фронтах. Премия Камерона в области терапии свидетельствует о том, что наука смогла решить важнейшие медицинские проблемы на благо человечества, и я искренне благодарен за это признание ».

Д-р Майкл София, соучредитель и главный научный сотрудник Arbutus Biopharma

Доктор.София изучала химию в Корнельском университете, получила степень доктора философии. Он получил степень доктора органической химии в Университете Иллинойса и был научным сотрудником Колумбийского университета. Он получил множество наград за свою работу над вирусом гепатита С, в том числе премию Economist Innovation Award 2015, премию IUPAC-Рихтера 2016 года и премию Ласкера-Дебейки 2016 года в области клинических медицинских исследований.

Премия Кэмерона в области терапии вручается каждые два года Эдинбургским университетом человеку, внесшему очень важный и ценный вклад в лечение болезней.Премия была впервые присуждена в 1879 году, и среди ее последующих лауреатов указаны многочисленные лауреаты Нобелевской премии и премии Ласкера. Список победителей включает поистине разнообразные инновации 20-го века: от хирургии трансплантата, трансплантации костного мозга и гемодиализа до революционных вакцин, противомикробных препаратов и новых лекарств.

Победителей приглашают прочитать лекцию о своей работе в Эдинбургском университете. Из-за продолжающейся пандемии Covid-19 лекция о награждении в этом году была отложена до дальнейшего уведомления.

Изобретатель лекарства от гепатита С получил главный приз — и готов к следующей битве

Всего три года назад пациенты, страдающие гепатитом С, столкнулись с некоторыми безрадостными вариантами лечения. Основное лекарство, используемое против этого вирусного заболевания, было доступно только для инъекций. Он также сопровождался серьезными побочными эффектами и — для слишком многих пациентов — был даже неэффективен. Затем на рынке появилась новая трансформирующая таблетка под названием софосбувир.

Более известное как Совальди, лекарству удалось превратить гепатит С из трудноизлечимой болезни в легко управляемую, которую можно вылечить всего за несколько месяцев.При использовании вместе с другими лекарствами он также работал намного быстрее, чем любые другие методы лечения гепатита С, и имел как меньше побочных эффектов, так и гораздо более высокие показатели успеха. Около 90 процентов пациентов с распространенной формой вируса излечиваются с помощью этого лекарства. Загвоздка, конечно же, заключалась в цене: более 80 000 долларов на курс лечения.

Еще до того, как это лекарство поступило в продажу, лекарство стало горячей точкой, в которой пациенты столкнулись с фармацевтическими компаниями из-за стоимости медицинских инноваций, и дебаты омрачили выпуск препарата.Но медицинский подвиг — создание этого беспрецедентного оружия против гепатита С — получил признание, включая объявление во вторник о том, что его создатель, Майкл София, получил престижную премию Ласкера за революцию в лечении гепатита С. Награды Ласкера, присуждаемые за большой вклад ученых в медицинскую науку или тех, кто выполнял общественные работы от имени этой области, часто считаются пит-стопом на пути к Нобелевской премии.

София, разработавшая лекарство во время работы в фармацевтической компании Pharmasset, разделяет эту награду с двумя другими учеными, которые провели фундаментальные исследования этого заболевания: Ральфом Бартеншлагером из Гейдельбергского университета и Чарльзом Райсом из Университета Рокфеллера.Двум ученым удалось уговорить вирусные клетки, вызывающие размножение гепатита С, внутри выращенных в лаборатории клеток-хозяев, что позволило провести важные испытания, необходимые для изобретения лекарств-кандидатов. Другие награды Ласкера 2016 года будут вручены ученому, который раскрыл механизм, с помощью которого клетки копируют ДНК, и трем исследователям, которые определили, как люди и большинство животных чувствуют изменения в доступности кислорода и адаптируются к ним.

Scientific American поговорил с Софией, которая в настоящее время проводит исследования в Arbutus Biopharma, в рамках широкого обсуждения вопросов ценообразования на лекарства, проблем в этой области и того, как не бояться неудач.

[ Далее следует отредактированная стенограмма интервью. ]

Препарат софосбувир [торговая марка Sovaldi] назван в вашу честь. Каково иметь лекарство, названное в честь вас ?
Это, конечно, немного унизительно. Во многих смыслах это немного неудобно. Мне часто задают об этом вопрос, так что слухи разошлись. Попутно были и другие варианты, которые рассматривала команда моей компании Pharmasett, но предпочтение было отдано, по крайней мере, признанию ключевых изобретателей и человека, который отвечал за руководство проектом.

Повлияло ли ваше воспитание в Балтиморе на ваши будущие интересы?
На самом деле не совсем так. Я происхожу из очень скромного происхождения. Никто в моей семье в то время не имел никакого отношения к науке или медицине. Мой отец был парикмахером, а мама работала клерком по заработной плате. У них было очень мало образования. Но на самом деле мой интерес к науке проявлялся с самого раннего возраста. Я помню, как меня тянуло к рассказам о реальных людях. Я брал эти книги в библиотеке о некоторых великих ученых прошлого, таких как Ньютон и Галилей, и был бы очарован всей концепцией открытий, новых знаний и открытий новых вещей.У моей семьи не было очень много денег, поэтому каждое Рождество я мог выбирать что-то одно. Один год я получил телескоп, один год — микроскоп и один год — набор для химии. Оттуда он продолжал развиваться. Я помню, как выигрывал научную ярмарку в начальной школе. Мой проект был «как работает радар». Затем я пошел в магнетическую школу математики, науки и инженерии в Балтиморе, что было довольно необычно для того времени — это была середина 1970-х. И мой интерес к математике и естественным наукам вырос с этого момента.

Многие люди в U.С. с гепатитом С бедны, несколько сотен тысяч заключены в тюрьму. Кто несет ответственность за обеспечение доступности лечения?
[долгая пауза] Это довольно противоречивая область. Как ученый, я стараюсь сосредоточить свою энергию и усилия на поиске лекарств, которые остановят или изменит течение болезни. Я не очень вникаю в эти вопросы, связанные с ценообразованием и т. Д.

При лечении этой болезни существует множество последующих затрат, которые в настоящее время устранены, потому что гепатит С не только приводит к серьезным повреждениям печени и потенциальному раку печени, но и является причиной многих, многих трансплантаций печени, которые существуют в США.S. и во всем мире — но также наличие гепатита C приводит ко многим другим сопутствующим заболеваниям, таким как неврологические проблемы и другие проблемы, вызванные гепатитом C. Таким образом, если вы избавитесь от вируса, вы устраните эти другие проблемы, и эти пациенты могут вернуться к довольно нормальной жизни после лечения]. Получение доступа к препарату действительно принесет пользу как с экономической точки зрения, так и с точки зрения системы здравоохранения.

Очевидно, что сейчас больше споров о других дорогостоящих лекарствах или методах лечения, включая, в последнее время, EpiPens.Как можно обуздать эти цены?
Я никогда не участвовал в принятии решений о ценообразовании. Есть много вещей, которые влияют на фактические затраты, которые платит пациент. Стоимость препарата уточняет не только производитель. Есть посредник — розничный поставщик и так далее, и так далее, которые работают независимо и хотят независимой прибыли. Как дать человеку, который готов инвестировать в открытие новых лекарств, отдачу от своих инвестиций, а не вложить свои деньги в другое место, где они могли бы получить более высокую отдачу от своих инвестиций? Это сложная проблема.Я не знаю, какое решение. Это, конечно, не то решение, которое у меня есть или которое я могу предложить, но я думаю, что со временем, со всеми участниками, вовлеченными в эту систему, им придется работать вместе, чтобы каким-то образом над этим работать.

С точки зрения исследования лекарственных средств, что является особенно сложным, когда речь идет о гепатите С в отличие от гепатита В или гепатита А [для обоих из которых имеются вакцины]?
У каждого из этих вирусов есть свои уникальные проблемы.Я сейчас пытаюсь найти лекарство от гепатита В. Это совсем другой вирус, чем гепатит C. Так, например, гепатит B — это ДНК-вирус, имеющий вирусный резервуар. Гепатит С — это РНК-вирус без вирусного резервуара. Одна из серьезных проблем гепатита С заключается в том, что существует ряд различных его форм, называемых генотипами. Есть шесть разных генотипов. Они отличаются друг от друга, хотя в чем-то одинаковы. Гепатит С также имеет высокую скорость репликации вируса, поэтому он создает множество новых вирусов каждый день с высокой скоростью, и у него нет хорошего способа корректировать свой геном во время репликации, поэтому он всегда делает ошибки.Тот факт, что эти ошибки случаются, означает, что образуется много подтипов вируса, а также то, что вирус может стать устойчивым к лекарству, потому что он так быстро меняется. Некоторые задачи заключались в том, чтобы атаковать и подавлять все различные формы вируса и иметь высокую барьерную устойчивость — это означает, что даже если вирус мутирует, лекарство все равно будет действовать против него.

Можно ли извлечь какие-либо уроки из вашей работы по гепатиту C, которые непосредственно применимы к гепатиту B?
Думаю, одна из причин — это использование комбинированной терапии.В мире гепатита С и ВИЧ мы узнали, что комбинации лекарств с разными механизмами действия принесут максимальную пользу.

Каким образом получение этой награды может помочь в вашей работе?
Это повышает осведомленность о том, какую работу мы выполняем, и о страданиях пациентов. Гепатит не похож на ВИЧ там, где о нем все знают. Это не похоже на рак, когда все знают кого-то, кто болел раком, и понимают серьезность болезни.Что касается вирусного гепатита, то, хотя его бремя абсолютно огромно — 170 миллионов человек во всем мире инфицированы гепатитом С и от 350 [миллионов] до 400 миллионов человек хронически инфицированы гепатитом В, — это болезни, которые прогрессируют в течение длительного периода времени. Их можно назвать бесшумными убийцами, и их нет на экране радара. Награда повысит осведомленность об этих заболеваниях, их важности и их изнурительном характере.

Я читал в The New Yorker , что вы сказали, что Sovaldi был замечательным, потому что « Он делает именно то, для чего мы его спроектировали, а это одна из тех вещей, которые почти никогда не случаются.» Это почему?
То, что вы делаете в лаборатории, на самом деле не применимо к клиническим условиям для людей. Все клеточные модели, модели на животных и системы in vitro, имеющиеся в вашем распоряжении в лабораторных условиях, являются просто моделями болезни и того, как работает человеческий организм. Итак, мы разработали эту молекулу и протестировали ее в максимально возможной степени доклинически и попытались встроить в молекулы все необходимые нам свойства. Но только когда мы воплотили в жизнь человека, [мы увидели это], все шаги, которые должны были произойти, действительно произошли, как мы надеялись.

Наконец, какой совет вы могли бы дать сегодня молодым ученым или тем, кто думает о карьере в науке?
Когда я начал свое первое студенческое исследование в настоящей лаборатории в Корнелле, я работал на старшего аспиранта, и он сказал мне: «Майк, ты знаешь, я хочу сначала сказать тебе следующее: восемьдесят процентов того, что ты делаешь, потерпит неудачу . Двадцать процентов того, что вы делаете, принесет успех в исследованиях. Если вас не устраивают эти 20 процентов успеха, вам здесь не место ». Он запомнился мне навсегда, потому что наука — это дело, в котором есть огромное количество неудач.Но успехи, особенно в области медицинских исследований, очень отрадны. У вас действительно есть возможность влиять на жизни людей во всем мире, и я думаю, что очень немногие усилия предоставят вам такую ​​возможность.

Исследователь размышляет о прогрессе в борьбе с гепатитом C — и о пути вперед

Когда я начал свою медицинскую карьеру в Гонконге в начале 1980-х годов, я решил сосредоточиться на гепатите B, отчасти потому, что он был очень распространен, и потому, что гепатит Вирус C еще не был обнаружен.Я был свидетелем опустошения, которое вызвал этот вирус — цирроза, печеночной недостаточности и рака печени — и отсутствия лечения, которое мы могли бы предложить пациентам.

В то время ученые знали, что существует еще один тип гепатита, но никто не мог его идентифицировать, поэтому мы назвали его гепатитом не A и не B. Я бы никогда не подумал, что в течение своей карьеры я стану свидетелем открытия того, что стало известно как гепатит С, и разработки лекарства почти для всех пациентов с хроническим гепатитом С в 2014 году.

Подчеркивая важность этих открытий для глобального здоровья человека, в этом году Нобелевская премия по физиологии и медицине была присуждена совместно Харви Дж. Альтеру, Майклу Хоутону и Чарльзу М. Райсу за открытие вируса гепатита С.

Развитие методов лечения за последние 30 лет отражает поразительный прогресс, достигнутый в этой области в борьбе с гепатитом С за относительно короткий период времени. Первоначально, в конце 1980-х годов, до того, как стали доступны диагностические тесты, некоторые врачи начали лечить хорошо изученные случаи гепатита, отличного от А и В (гепатит С), с помощью интерферона, природного белка, который организм вырабатывает для борьбы с вирусами, и рибавирин, противовирусный препарат.Эти препараты не были специально разработаны для лечения гепатита С, их нужно было вводить в виде инъекций в течение 6-12 месяцев, они имели много побочных эффектов и привели к излечению только у половины пациентов, получавших лечение. Первые противовирусные препараты прямого действия были одобрены Управлением по санитарному надзору за качеством пищевых продуктов и медикаментов (FDA) более двух десятилетий.

Я помню волнение, когда я и мои коллеги протестировали одну из новых комбинаций лекарств на пациентах и ​​увидели, что количество вирусов упало с более чем 1 миллиона до менее 20 в течение двух недель.Мы опубликовали результаты нашего пилотного исследования в Медицинском журнале Новой Англии в 2012 году. Хотя в исследовании участвовал только 21 пациент, его считали переломным моментом, поскольку это было первое исследование, доказывающее, что комбинация пероральных таблеток без интерферона может вылечить гепатит С.

Эффективное лечение гепатита С стало сегодня еще более актуальным в свете недавнего всплеска новых случаев гепатита С из-за роста употребления опиоидов.

Дорогой препарат и новые дженерики

Первая комбинированная таблетка с двумя препаратами, подавляющими различные стадии репликации гепатита С, была одобрена FDA в 2014 году.Эта таблетка принимается один раз в день в течение 8-12 недель, практически не имеет побочных эффектов и улучшает показатель излечения до 90-95%. Это было провозглашено волшебным лекарством, но за 12-недельный курс лечения он стоил 94 500 долларов США. Это привело к тому, что многие страховые компании в США и национальные департаменты здравоохранения других стран ограничили доступ к лечению.

С тех пор стали доступны несколько других комбинированных таблеток с аналогичной скоростью излечения, которые также хорошо переносятся, и их стоимость заметно снизилась.Кроме того, во многих странах с ограниченными ресурсами доступны недорогие дженерики и особые цены.

Хотя текущая цена на лекарства от вируса гепатита С все еще очень высока, нужно помнить, что для 95 процентов пациентов это лекарство. Это не похоже на лекарства от многих болезней, которые нужно принимать долго, иногда всю оставшуюся жизнь пациентов. Действительно, лекарство от вируса гепатита С позволило некоторым пациентам, которые находились в списке ожидания трансплантации печени, исправить свою печеночную недостаточность, сделав трансплантацию ненужной.Это хорошая новость не только для этих пациентов, но и для тех, кто находится в списке ожидания.

Замечательный успех лечения гепатита С активизировал усилия по поиску лекарства от гепатита В. Современные методы лечения могут подавлять репликацию вируса гепатита В, но не устраняют его. Большинству пациентов необходимо длительное лечение, чтобы предотвратить обострения гепатита, когда вирус вновь появляется после прекращения лечения.

Смертность от инфекций гепатита B и C растет во всем мире

Изучая опыт гепатита С и лучше понимая биологию вируса гепатита В и улучшенные модели на животных, фармацевтические компании разрабатывают препараты, нацеленные на различные этапы жизненного цикла вируса гепатита В.Хотя вылечить гепатит B будет сложнее, потому что оно может интегрироваться в ДНК пациента, позволяя избежать иммунного ответа пациента, я оптимистично настроен в том, что мы станем свидетелями появления новых комбинаций лекарств, которые приблизят нас к цели: лекарство от гепатита В.

Члены Делиской сети позитивных людей, группы поддержки для ВИЧ-позитивных людей, в 2014 году призвали правительство Индии разрешить производство непатентованных версий противовирусных препаратов прямого действия, которые могут помочь тысячам людей получить доступные пероральные дозы лекарств для борьбы с гепатитом С.Инфекция прогрессирует быстрее и поражает печень у ВИЧ-инфицированных пациентов. Саураб Дас / AP Photo

Но не все новости положительные. Хотя в последние годы мы наблюдаем снижение показателей смертности от ВИЧ, туберкулеза и малярии, смертность от гепатитов B и C увеличилась. Во всем мире около 257 миллионов человек страдают хронической инфекцией вируса гепатита В, а 71 миллион — хроническим вирусом гепатита С. Вместе гепатиты B и C стали причиной более чем 1,34 миллиона смертей в 2015 году. Это побудило Всемирную организацию здравоохранения бросить вызов странам всего мира с целью разработки национальных планов по ликвидации этих двух вирусов к 2030 году.

Вирус гепатита В и вирус гепатита С обычно передаются через контакт с кровью или выделениями тела, такими как сперма инфицированных людей, при совместном использовании игл или половым путем. Но они также могут передаваться через зараженные иглы, используемые для лечения, что продолжает происходить во многих частях мира. Кроме того, вирус гепатита В может передаваться от инфицированной матери новорожденному, если вакцинация не проводится сразу после рождения.

Примерно две трети людей с вирусом гепатита С страдают хронической инфекцией.Для вируса гепатита B вероятность хронического инфицирования печени уменьшается по мере того, как пациент встречает вирус: вероятность составляет 90%, если инфицировано в младенчестве; 20-30% при заражении в детстве; и 2-5% при заражении во взрослом возрасте. Некоторые люди, инфицированные вирусом гепатита В или вирусом гепатита С, могут вылечиться самостоятельно, но у многих развиваются хронические инфекции, длящиеся более шести месяцев, а часто и годы или на всю жизнь. Люди с хронической инфекцией подвержены риску цирроза (тяжелое поражение печени), печеночной недостаточности и рака печени.

Эпидемия опиоидов, бездомные приводят к росту инфекций гепатита B и C

В Соединенных Штатах количество новых случаев инфицирования вирусом гепатита В и вирусом гепатита С снижается в течение многих лет, но в последние годы эта тенденция изменилась вспять из-за эпидемии опиоидов, поскольку все больше людей употребляют инъекционные наркотики, используют общие иглы и т. атрибутики и практикуют рискованное сексуальное поведение. Это особенно верно в отношении гепатита С, где число новых случаев за последние 10 лет увеличилось более чем вдвое, что подчеркивает необходимость профилактической вакцины, которая является жизненно важным инструментом для ликвидации гепатита С.Увеличение числа новых случаев гепатита B меньше и в основном наблюдается у взрослых в возрасте от 30 лет, потому что большинство молодых людей получили пользу от вакцинации против вируса гепатита B.

Когда мы говорим о вирусном гепатите, основное внимание уделяется гепатиту B и C, поскольку они могут вызывать хроническую инфекцию, тогда как гепатит A вызывает только острую инфекцию и не приводит к циррозу или раку печени. Однако с 2016 года во многих штатах США наблюдались вспышки гепатита А. В Центры по контролю и профилактике заболеваний за период с января 2017 года по апрель 2018 года поступило более 2500 сообщений о гепатите А, связанном с передачей от человека к человеку, с факторами риска. в двух третях этих случаев причиной является употребление наркотиков или бездомность, или и то, и другое.В Мичигане, где я живу, в период с июля 2016 года по июнь 2018 года было зарегистрировано 859 случаев гепатита А, включая 27 смертельных случаев. Мы можем предотвратить гепатит А с помощью вакцинации и улучшения гигиенических условий.

Всемирный день борьбы с гепатитом проводится ежегодно 28 июля, в день, выбранный в честь покойного Баруха Блюмберга, получившего Нобелевскую премию за открытие вируса гепатита B. Сегодня это еще один повод для празднования: вторая Нобелевская премия за исследования гепатита, на этот раз за открытие вируса гепатита С.Я поражаюсь тому, сколь большого прогресса мы достигли за последние три десятилетия, и я рад быть не только наблюдателем, но и вносить свой вклад в этот прогресс. Наша работа не закончена. Еще многое предстоит сделать для полного исключения новых случаев вирусного гепатита и случаев смерти от хронического гепатита B и C.

Это обновленная версия статьи, первоначально опубликованной в июле 2018 года. Она была обновлена ​​и включает новости о присуждении Нобелевской премии 2020 года. Эта статья переиздана из The Conversation по лицензии Creative Commons.Прочтите оригинальную статью.

Открытие, чтобы вылечить за 25 лет

До идентификации ВГС в 1989 году о вирусе было известно так мало, что его просто называли гепатитом, не относящимся к А или В. С момента идентификации относительно быстро были разработаны эффективные методы лечения. По сравнению с первым в истории препаратом для лечения гепатита С, одобренным в 1991 г., когда показатель излечения пациента составлял около 6%, сегодня эффективность лекарств при коротких курсах лечения превышает 95%. Это делает ВГС самым быстрым вирусным заболеванием, которое когда-либо было выявлено и излечено.Это единственное хроническое вирусное заболевание, которое можно полностью вылечить, позволив миллионам людей восстановить свое здоровье и жить полноценной и продуктивной жизнью.

Из тех, кто живет с ВГС, только 20% знают, что инфицированы. Из-за того, что болезнь передается через кровь, многие из инфицированных ВГС заразились этим заболеванием при употреблении наркотиков. К ним, как правило, труднее всего добраться при минимальном доступе к медицинской помощи. Но инъекционные наркотики — не единственный путь к инфекции, и это неправильное восприятие создает стигму, которая удерживает людей от проверки.Теперь, когда есть лекарство, препятствия на пути к устранению ВГС заключаются в диагностике инфицированных и расширении доступа к жизненно важным методам лечения.

Инновации против тихого убийцы

Представьте себе укол и таблетку, из-за которых вы каждый день чувствуете себя хуже, чем вы когда-либо чувствовали из-за инфекции, которую лечили. Алексея Гаффни-Адамс, врач-инфекционист

Гепатит С называют «тихим убийцей», поскольку он обычно протекает бессимптомно, часто оставляя пациентов не подозревающими, что они инфицированы, до тех пор, пока их состояние не станет очень серьезным.ВГС медленно повреждает печень в течение многих лет, часто переходя от воспаления к рубцеванию (фиброз) и к постоянному необратимому рубцеванию (цирроз).

Как только у пациента развивается цирроз, печень не может излечить себя, и это состояние редко можно исправить. Для людей с терминальной стадией заболевания печени лечение больше направлено на предотвращение дальнейшего повреждения, чтобы избежать осложнений, включая рак печени, трансплантацию печени и преждевременную смерть. Гепатит С также был связан с другими серьезными заболеваниями, включая диабет, заболевание почек и депрессию.

В 1987 году ученые, работающие в Chiron Corporation, позже приобретенной Novartis, вступили в партнерские отношения с CDC. Используя новый подход к молекулярному клонированию, они официально идентифицировали и назвали вирус гепатита С в 1989 году.

Скрининг для выявления ВГС в запасах крови был быстро разработан, поскольку переливание крови было и остается основным путем передачи инфекции в развивающихся странах. Это резко сократило количество новых инфекций, а также меры профилактики и инфекционного контроля, направленные на сдерживание распространения ВГС.Ученые также недавно смогли оценить распространенность ВГС, что привело к его признанию в качестве серьезной проблемы глобального здравоохранения. В некоторых регионах сегодня до 2% населения инфицировано ВГС.

Определение молекулярной структуры и генетического состава ВГС позволило разработать конкретные методы лечения. Генетическое разнообразие вируса в сочетании со слабым иммунным ответом пациентов на инфекцию не позволило создать эффективную вакцину. Вместо этого исследователи сосредоточились на борьбе с инфекцией, вызвав устойчивую вирусную реакцию, чтобы полностью удалить ее из крови пациентов.

Интерферон был первым и какое-то время единственным средством лечения гепатита С. Интерферон — это белок, вырабатываемый иммунной системой организма в ответ на инфекцию. Побочные эффекты были изнурительными, и многие пациенты выбывали из очень длительного курса лечения. Это также было в значительной степени неэффективным лечением.

Постепенно ученые начали понимать жизненный цикл вируса и то, как он воспроизводится в людях. К 2010 году промышленность вызвала значительный интерес, и в разработке находилось несколько лекарств.Были извлечены уроки из ВИЧ и способности ингибиторов протеазы блокировать репликацию вируса.

Хотя 77 исследуемых лекарств не прошли клинические испытания в 1998–2014 годах — они были либо слишком токсичны для пациента, либо недостаточно эффективны — они заложили основу для 12 одобренных лекарств за тот же период. В знаменательный момент в 2011 году был представлен новый класс лекарств, называемых противовирусными препаратами прямого действия. Благодаря экспериментам по комбинированной терапии эти лекарства сегодня могут вылечить более 90% людей в режиме от восьми до двенадцати недель без изнурительных побочных эффектов старые методы лечения.

По состоянию на 2015 год только 7% из 71 миллиона человек с хроническим гепатитом С имели доступ к лечению, которое вылечивает в течение трех месяцев. Отчасти это связано с отсутствием доступа к тестированию во многих частях мира; подавляющее большинство людей, страдающих гепатитом С, живут в СНСД, где нет средств тестирования. В сочетании с отсутствием симптомов примерно у 80% до 57 миллионов человек сегодня не знают, что они живут с этим заболеванием.

Для многих из тех, кому поставлен диагноз, плательщики медицинских услуг могут не покрыть расходы на инновационное лечение.Хотя некоторые из них характеризуются как изначально дорогостоящие, эти прорывные и спасающие жизнь методы лечения на самом деле являются одновременно высокоэффективными с точки зрения затрат и преобразующими жизнь пациентов. Они улучшают качество жизни, предотвращают развитие рака печени, а также дорогостоящие и трудные трансплантации печени.

Часто сравнивают эпидемию гепатита С и ВИЧ в конце 1990-х годов. И то, и другое связано с глобальным распространением недиагностированного заболевания, которое несет в себе значительную стигматизацию, лишения и вызывает пожизненные болезни и смерть.Промышленность разработала инновационные и эффективные продукты для радикального сдерживания глобальных эпидемий и изменения жизни людей. В обоих случаях быстрое развитие цен на доступ к лекарствам и инициатив по добровольному лицензированию расширили доступ в развивающихся странах вскоре после запуска лекарств в развитые страны. Конкуренция на рынке привела к появлению лекарств второго и третьего поколения и предложила как более низкие цены, так и новые, более эффективные и удобные схемы лечения. Более того, цены, уплачиваемые на развитых рынках, служат экономическим стимулом для разработки новых инновационных лекарств.Благодаря дифференцированному ценообразованию эти инновационные лекарства могут быть доставлены нуждающимся пациентам в развивающихся странах, сохраняя при этом экономические стимулы для НИОКР, предоставляемые развитыми мировыми рынками. Однако преодолению бремени ВГС мешает отсутствие крупномасштабного глобального донорского финансирования для расширения лечения, в отличие от ВИЧ.

Хотя существуют препятствия для широкого доступа, особенно в СНСУД, где отсутствие финансирования и осведомленности препятствует национальным программам, многим странам удалось сделать лечение более доступным.Отдельные компании реализовали инициативы, позволяющие странам развивающегося мира получить доступ к более дешевым ПППД, включая дифференцированное ценообразование и добровольное лицензирование производителей дженериков, чтобы облегчить расширение национальных программ лечения. В Руанде, несмотря на то, что страна с низким уровнем доходов сталкивается со многими проблемами, правительство разработало национальную программу лечения и добивается быстрого прогресса

На пути к ликвидации к 2030 году

Обязательства ВОЗ по ликвидации вирусных гепатитов (B и C) к 2030 году пользуются широкой поддержкой и оптимизмом.Совместные усилия и активные обсуждения политики и цен продолжаются.

  • NoHEP, запущенный Всемирным альянсом по гепатиту в 2016 году, включает гражданское общество и многосторонние организации, чтобы помочь заполнить пробелы в скрининге.
  • Quick Start — новая программа, реализуемая Clinton Health Access Initiative, Duke Health и AmeriCares при поддержке Bristol-Myers Squibb, Hetero, Mylan and Roche — стремится вылечить 25000 пациентов с гепатитом C в Африке и Юго-Восточной Азии за счет улучшения доступа к новым препаратам.
  • Патентный пул лекарственных средств — поддерживаемая ООН организация общественного здравоохранения, работающая над расширением доступа к лечению ВИЧ, гепатита С и туберкулеза в СНСД — работает с партнерами-генериками для ускорения разработки и распространения новых препаратов для лечения ВГС, которые могут устранить вирус за короткий промежуток времени. курс пероральной терапии в регионах с высоким бременем ВГС.

Основная задача — выявление инфицированных, работа с людьми из групп риска, сектором общественного здравоохранения и биофармацевтической промышленностью, основанной на исследованиях и разработках.С сотнями миллионов людей из группы риска, которые должны пройти скрининг и тестирование на инфекцию ВГС, будущие диагностические подходы, доступные по цене, дающие результаты за одно посещение и информирующие о выборе схемы лечения, будут огромным преимуществом в борьбе с ВГС.

Наконец, несмотря на то, что он является «основным вирусом», для которого когда-то считалось, что у вакцины нет шансов, сейчас в разработке находится ряд кандидатов. Доступная по цене и эффективная вакцина может стать самым мощным средством борьбы с ВГС.

Большинство пациентов с ВГС излечиваются с помощью новых лекарств — но какой ценой?

26 февраля 2016 г.

Революция в лечении инфекции, вызванной вирусом гепатита С (ВГС), продолжается беспрецедентными темпами, особенно в отношении генотипа 1, которым страдают примерно 75 процентов пациентов с ВГС в Соединенных Штатах.

К концу 2015 года были доступны четыре одобренных Управлением по контролю за продуктами и лекарствами США, полностью пероральных схем приема противовирусных агентов прямого действия, большинство из которых с устойчивым вирусологическим ответом (УВО) выше 95 процентов, даже у пациентов, которые ранее не прошли лечение интерфероном. тройная терапия.SVR эквивалентен лечению, потому что устойчивость реакции почти универсальна; Однако, к сожалению, реакция на лечение не защищает пациентов от повторного заражения.

Новые противовирусные средства включают Харвони — софосбувир в сочетании с ингибитором NS5A ледипасвиром; Виекира Пак, комбинация омбитасвира, паритапревира и ритонавира плюс дасабувир; и Олисио (симепревир) в сочетании с Совальди (софосбувир). Эти схемы эффективны против генотипов 1a и 1b.

Ингибитор NS5A Даклинза (даклатасвир) одобрен для использования с софосбувиром при хронической инфекции HCV генотипа 3.Четвертая лекарственная схема, Technivie — комбинированный омбитасвир, паритапревир и ритонавир — одобрена для лечения HCV генотипа 4 без цирроза в комбинации с рибавирином.

Harvoni

Из вариантов лечения без интерферона для HCV генотипа 1 комбинированный препарат с фиксированной дозой Harvoni обеспечивает самый простой режим и продемонстрировал эффективность у пациентов с запущенными заболеваниями печени, включая декомпенсированный цирроз.

Harvoni принимают в виде одной таблетки один раз в день в течение 12 недель или в течение 24 недель у пациентов с циррозом печени, при этом уровень стойкого вирусного ответа составляет 95 процентов.У него относительно чистый профиль побочных эффектов и мало лекарств-взаимодействий.

К тому же он дорогой, его цена составляет около 1000 долларов за таблетку. В первой половине 2015 года программа рецептурных препаратов Medicare потратила почти 4,6 миллиарда долларов на новые лекарства от гепатита С, включая 119 000 рецептов на лекарства Harvoni.

Viekira Pak

Viekira Pak, который был одобрен позже, чем Harvoni и с тех пор был связан с серьезными проблемами печени у пациентов с основным циррозом, требует более тонкого подхода, согласно Hugo E.Варгас, доктор медицины, заместитель председателя отделения гастроэнтерологии и гепатологии в кампусе клиники Мэйо в Скоттсдейле, штат Аризона.

«Viekira Pak содержит больше таблеток, чем Harvoni, и спектр пациентов, которые он может лечить, более ограничен — он противопоказан тем, у кого умеренная или тяжелая печеночная недостаточность. Хотя он все еще эффективен для значительной части пациентов, эта эффективность С другой стороны, это примерно на 12 процентов дешевле, чем Harvoni, а его присутствие на рынке снизило стоимость лечения для всех пациентов », — говорит он.

Даклатасвир плюс софосбувир

Даклатасвир плюс софосбувир — это пероральная схема приема один раз в день при трудно поддающемся лечению генотипе 3. В исследованиях III фазы он достиг УВО12 у 96 процентов пациентов без цирроза, которые ранее не лечились. Пациенты с генотипом 3, которые ранее подвергались лечению и страдали циррозом, имеют более низкую частоту ответа на схемы без интерферона. Тем не менее, из немногих вариантов для пациентов с декомпенсированным циррозом печени даклатасвир является единственным препаратом, рекомендованным для всех генотипов.

В 2016 году, вероятно, будут утверждены две новые схемы для перорального применения, которые могут еще больше закрыть пробелы, существующие в настоящее время в ведении пациентов с ВГС.

Цена лекарства

Вирусологическая эффективность, простота использования и переносимость делают безинтерфероновые антивирусные схемы прямого действия лучшим вариантом лечения для всех пациентов, даже с относительно легким фиброзом, — говорит доктор Варгас.

«Исследования, в том числе исследование Центров по контролю и профилактике заболеваний, опубликованное в журнале Clinical Infectious Diseases в 2015 году, показали, что отсрочка лечения приводит к пагубным последствиям, таким как прогрессирование до цирроза, декомпенсация печени и гепатоцеллюлярная карцинома.Также есть немедленная выгода от лечения людей с ранним заболеванием — качество жизни и выживаемость улучшаются, и пациенты с гораздо большей вероятностью могут обратить вспять повреждение. Более раннее лечение вместо того, чтобы хранить пациентов на складе до тех пор, пока они не заболеют, имеет гораздо больше смысла как с точки зрения индивидуального, так и с точки зрения общественного здравоохранения », — поясняет он.

Страховщики, однако, часто неохотно покрывают людей, у которых нет далеко зашедшего цирроза или фиброза, хотя такой подход касается только последних и наиболее драматических проявлений инфекции ВГС.Таким образом, оценка степени заболевания печени для пациентов с ВГС важнее, чем когда-либо, — говорит Эндрю П. Кивени, доктор медицины, заведующий кафедрой трансплантологии в кампусе клиники Мэйо в Джексонвилле, штат Флорида.

«Мы можем предложить современное неинвазивное тестирование на фиброз печени во всех трех центрах Мейо, включая переходную эластографию в месте оказания медицинской помощи, а также магнитно-резонансную эластографию, которая была разработана в клинике Мэйо», — поясняет он. .

Но все еще ведутся споры о том, сколько дорогостоящих лекарств от ВГС спасет систему здравоохранения в целом, предотвратив трансплантацию печени и другие расходы, связанные с заболеваниями печени.

«Очень сложно сказать пациентам, что они должны ждать лечения, потому что цена слишком высока», — отмечает доктор Варгас. «Все заинтересованные стороны должны собраться вместе и высказать свои опасения, чтобы прийти к разумному решению. Врачи, пациенты, фармацевтические интересы и сторонние плательщики должны вступить в диалог, чтобы прийти к национальной стратегии, которая приведет к широкий охват этих эффективных новых агентов. Выход на рынок большего количества новых агентов ВГС в течение следующих 12 месяцев, вероятно, также окажет ценовое давление.«

На данный момент д-р Варгас говорит, что устрашающие цены не должны удерживать пациентов с ВГС от обращения за помощью. «Все пациенты заслуживают рассмотрения. На всех трех сайтах Mayo мы можем легко и неинвазивно оценивать потребности каждого пациента, давать рекомендации и выступать в качестве защитников», — говорит он.

Для получения дополнительной информации

Xu F, et al. Смертность от всех причин и риски прогрессирования печеночной декомпенсации и гепатоцеллюлярной карциномы у пациентов, инфицированных вирусом гепатита С.Клинические инфекционные болезни. 2016; 62: 289.

Лабораторный прорыв, проложивший путь к излечению от гепатита С

Всего за последние несколько лет новые лекарства превратили гепатит С в широко и быстро излечимое заболевание — для тех, кто может себе это позволить.

Но менее известные истоки этой истории восходят к лабораторному изобретению 1990-х годов , сделавшему все это возможным. Теперь два вирусолога, которые стали первопроходцами в этой важной разработке, и исследователь лекарств, создавший первое революционное лекарство, удостоены одной из самых престижных наград в области медицины.

Ральф Бартеншлагер, немец из Гейдельбергского университета, и Чарльз Райс, американец из Рокфеллеровского университета, получат одну из премий Ласкера за разработку метода репликации гепатита С в лаборатории, Альберт и Мэри Ласкер Основание объявлено во вторник. Они разделят награду фонда за клинические медицинские исследования с Майклом Софией, промышленным ученым, который изобрел лекарство от гепатита С, продаваемое как Sovaldi, с помощью Бартеншлагера и Райса.

объявление

В совокупности их усилия заложили основу для множества последующих инноваций в фундаментальных и клинических исследованиях, которые изменили жизнь пациентов, принося миллиарды долларов для фармацевтических компаний и создавая огромную нагрузку на системы здравоохранения.

Скручивания и повороты

В течение первого десятилетия после открытия вируса гепатита С в 1989 году у ученых не было возможности эффективно воспроизвести его в клетках, выращенных в лаборатории. Лаборатории Бартеншлагера и Райса разработали метод создания «репликонов», фрагментов вирусной РНК, переносимых в человеческих клетках.Это позволило ученым быстро проверить тысячи потенциальных кандидатов в лекарства, чтобы увидеть, могут ли они остановить репликацию репликонов.

объявление

Триумф Бартеншлагера и Райс, опубликованные в журнальных статьях в 1999 и 2000 годах, явились результатом многих неудачных попыток и неудачных шагов. «С каждым достижением в области фундаментальной науки мы встречали прогресс, но затем и препятствие», — вспоминала Райс на телефонной конференции с журналистами во вторник.

Причина: в отличие, скажем, от гриппа, гепатит С относится к числу вирусов, которые, как известно, трудно воспроизвести в лаборатории по причинам, которые до сих пор полностью не изучены.

Исследователи сначала безуспешно пытались воспроизвести РНК гепатита С стандартными методами рекомбинантной ДНК.

Райс, работавший тогда в Вашингтонском университете в Сент-Луисе, добился прогресса в 1997 году, когда он сообщил о методе, позволяющем отсеять генетические ошибки в РНК, что позволило создать клон вируса, который можно было бы использовать для заражения шимпанзе.

Бартеншлагер, работавший тогда в Университете Майнца, вставил ген, который помогал поддерживать жизнь клеткам-хозяевам, но все же очень немногие из них выживали. В чем секрет выживших?

Ключевым моментом, как показали Райс и Бартеншлагер, было то, что выжившие приобрели мутации, которые увеличили их способность к репликации. Конструирование этих изменений последовательности обратно в исходную РНК резко ускорило производство выращенных в лаборатории клеток, инфицированных гепатитом С.

«Это было новшеством: они взяли то, что мы знаем о вирусе, но затем сделали это таким образом, чтобы его можно было выразить», — сказал Стивен Поляк, вирусолог и клеточный биолог из Вашингтонского университета.Поляк назвал изобретения Райса и Бартеншлагера, а также последующие разработки в 2005 году, которые позволили исследователям изучить весь жизненный цикл вируса, наиболее важными достижениями в своей области за последние 20 лет в Соединенных Штатах.

Бартеншлагер и Райс в прошлом году разделили награду Роберта Коха, врученную немецким фондом за ту же работу.

Новые лекарства и высокие цены

В 2000-е годы производители лекарств, нацеленных на гепатит С, смогли использовать систему репликонов, разработанную Райсом и Бартеншлагером, для быстрого тестирования своих собственных библиотек потенциальных лекарств.Среди них: Pharmasset, небольшая биотехнологическая компания, в которой София возглавляла команду, которая разработала химическое вещество, которое могло бы блокировать репликацию гепатита С.

Разработанный ими препарат, известный ученым как софосбувир, был назван в честь Софии. (Сейчас он в Arbutus Biopharma.)

В остальном история хорошо известна. Клинические испытания выглядели многообещающими, что побудило Gilead приобрести Pharmasset в 2012 году. Софосбувир был одобрен Управлением по санитарному надзору за качеством пищевых продуктов и медикаментов в 2013 году для лечения некоторых форм гепатита С, который в совокупности поражает около трех.5 миллионов американцев. Продаваемый как Sovaldi, он быстро стал самым продаваемым лекарством, излечивающим пациентов за считанные недели без резких побочных эффектов существующих методов лечения. С тех пор последовали и другие лекарства от Gilead и других производителей.

Но новая волна лекарств от гепатита С также вызывает постоянное возмущение из-за их высоких цен — от 54 000 до 94 000 долларов за полный курс лечения без учета скидок. Это нанесло серьезный ущерб бюджетам многих государственных планов здравоохранения. Таким образом, некоторые группы населения, такие как заключенные с гепатитом С, не получают лекарства, потому что они не считаются достаточно больными, а национализированные системы здравоохранения, такие как Соединенное Королевство, ограничивают доступ.

Не заставили ли фонд Ласкера сделать паузу из-за зрелищных ценников на лекарства? Отвечая на этот вопрос репортером во время телефонной конференции во вторник, президент фонда доктор Клэр Померой отказалась. «Мы действительно ценим красоту науки», — сказала она.

Во вторник Фонд Ласкера вручил еще две премии. Награда за фундаментальные медицинские исследования была вручена трем ученым — Уильяму Кэлину из Гарварда, Питеру Рэтклиффу из Оксфордского университета и Греггу Семенце из Джона Хопкинса — за определение молекулярного пути, с помощью которого клетки обнаруживают и адаптируются к изменению уровня кислорода.Третья награда за особые достижения в области медицины была присуждена Брюсу Альбертсу, американскому биохимику и бывшему редактору журнала Science.

Симптомы гепатита С. Диагностика гепатита C

Поговорите со своим врачом о тестировании на гепатит C, если вы:

  • Являетесь ли нынешним или бывшим потребителем наркотиков, который использовал иглы для инъекций, даже если вы сделали это только один раз или сделали это много лет назад
  • Имейте сексуального партнера, который болеет хроническим гепатитом С или имел много половых партнеров
  • Ваша кровь фильтровалась аппаратом (гемодиализ) в течение длительного периода времени из-за того, что ваши почки не работали
  • Получили переливание крови или трансплантацию органа от донора до июля 1992 г.
  • Получили фактор свертывания крови для лечения нарушения свертываемости крови (например, гемофилии) до 1987 г.
  • Работает в сфере здравоохранения и контактировал с кровью через укол иглой или имел другой контакт с кровью или биологическими жидкостями
  • Есть ВИЧ
  • Имеются признаки заболевания печени, например отклонения от нормы тестов печени
  • Родились с 1945 по 1965 год.Центры по контролю и профилактике заболеваний (CDC) рекомендуют одноразовое обследование для всех бэби-бумеров.

Узнайте больше, воспользуйтесь инструментом оценки риска гепатита Центров по контролю заболеваний.


Что рекомендует CDC

Вы родились между 1945 и 1965 годами? Если да, то вы представитель поколения гепатита С. CDC (Центр по контролю заболеваний) недавно рекомендовал всем людям, родившимся в это время, однократно пройти скрининговый тест на гепатит С.Теперь у нас есть новые лекарства, которые могут лечить и вылечить гепатит С, поэтому вам нужно пройти тестирование сегодня.

Прочтите информационный бюллетень CDC о гепатите C

Жизнь, которую вы спасете, может быть вашей собственной! Обратитесь к местному поставщику медицинских услуг.


Тесты для диагностики гепатита C

Как диагностируется гепатит С?

Для диагностики Гепатит С обычно используются два основных анализа крови. Во-первых, у вас будет скрининговый тест, который покажет, были ли у вас когда-либо гепатит С в какой-то момент вашей жизни.Если этот тест положительный, вам нужно будет сделать второй тест, чтобы проверить, есть ли у вас гепатит C. Эти анализы крови описаны ниже:

Тест на антитела к гепатиту С

Это скрининговый тест, используемый врачами, чтобы определить, подвергались ли вы когда-либо в вашей жизни гепатиту С, путем обнаружения антител в вашей крови. Антитела — это вещества, которые ваше тело вырабатывает для борьбы со всеми видами инфекций. Если бы вы когда-либо были инфицированы гепатитом С, ваше тело вырабатывало бы антитела для борьбы с вирусом.

Если результат теста:

  • Отрицательно, это означает, что вы не подвергались заражению гепатитом С, и дальнейшие анализы обычно не требуются.
  • Положительный результат, вы когда-то болели гепатитом С. Однако он не говорит вам, есть ли он у вас сейчас. Вам нужно будет обратиться к врачу для еще одного теста — теста на РНК гепатита С — чтобы определить, активен ли вирус и присутствует ли он в вашей крови.

Качественный тест РНК гепатита С

Этот тест определит, инфицированы ли вы в настоящее время гепатитом С.Его часто называют ПЦР-тестом из-за используемого процесса (полимеразная цепная реакция — отсюда ПЦР). Он ищет генетический материал (РНК) вируса гепатита С в вашей крови.

Если результат теста:

  • Положительно, сообщается как «обнаружено». Это подтверждает, что у вас гепатит С.
  • Отрицательный, сообщается как «не обнаружено». Это означает, что даже если в какой-то момент вы могли подвергнуться воздействию вируса, ваше тело избавилось от инфекции самостоятельно.

Количественный анализ РНК гепатита С

Количественный тест измеряет количество вируса гепатита С в вашей крови. Это измерение называется «вирусная нагрузка » и указывается в виде точного числа.

Этот тест часто используется для отслеживания реакции человека на лечение гепатита С путем сравнения количества вируса в крови до, во время и после лечения. Если у вас низкий уровень вируса в крови до начала лечения, у вас может быть больше шансов избавиться от вируса.


Дополнительные тесты, которые могут вам понадобиться

После того, как вам поставят диагноз гепатит С, ваш врач, скорее всего, назначит несколько анализов, чтобы узнать о здоровье вашей печени и выбрать наиболее подходящий для вас план лечения.


Генотип гепатита С

Генотип гепатита С относится к определенному «штамму» или типу вируса гепатита С. В мире существует шесть основных типов гепатита С: генотипы 1, 2, 3, 4, 5 и 6.В США распространены генотипы 1, 2 и 3:

  • Генотип 1: большинство американцев (почти 75%) с гепатитом С имеют этот тип
  • Генотип 2: Около 10% американцев с гепатитом С имеют этот тип
  • Генотип 3: Около 6% американцев с гепатитом С имеют этот тип

Генотип гепатита С не меняется со временем, поэтому вам нужно пройти тестирование только один раз.

Тесты на генотип проводятся до начала лечения. Лечение гепатита C работает по-разному для разных генотипов, поэтому знание вашего генотипа поможет вашему врачу выбрать лучшее лечение для вас.


Тестирование на гепатит А и В

Ваш врач может проверить, обладает ли ваше тело иммунитетом к гепатиту А и гепатиту В. Если эти тесты не показывают предшествующего воздействия или защиты, он или она порекомендует вам вакцинироваться против этих двух вирусов, чтобы исключить вероятность заражения.


Функциональные пробы печени (LFT) или ферменты печени

Теперь, когда у вас гепатит С, ваша печень может перестать работать.Функциональные пробы печени — это группа анализов крови, которые обнаруживают воспаление и повреждение печени. Они используются для обнаружения, оценки и мониторинга заболеваний и повреждений печени.

Клетки печени содержат белки, называемые ферментами, которые представляют собой химические вещества, которые помогают вашей печени выполнять свою работу. Когда клетки печени повреждены или разрушены, ферменты из клеток просачиваются в кровь, где их можно измерить с помощью анализов крови. Тестирование ферментов печени обычно проверяет кровь на два основных фермента:

  • ALT (аланинаминотрансфераза)
  • AST (аспартатаминотрансфераза)

Функциональные тесты печени также включают, помимо прочего, ЩФ (щелочную фосфатазу) и общий билирубин.

Если ваша печень повреждена из-за воспаления, ферменты выходят из вашей печени в кровоток, повышая уровень АЛТ и АСТ по сравнению с нормальным. Тем не менее, у людей с хроническим гепатитом С уровень ферментов печени со временем повышается и понижается, а иногда и нормализуется в течение года. Таким образом, даже если у вас гепатит С, тесты на ферменты печени могут вернуться в норму.

Уровни АЛТ и АСТ не говорят вам, сколько рубцов (фиброза) есть в вашей печени, и они не предсказывают, насколько разовьется повреждение печени.Однако, если у вас повышен общий билирубин, это может быть признаком цирроза (выраженное рубцевание) и требует дальнейшего исследования.

Тесты для измерения рубцевания или фиброза печени

Важно, чтобы вы измерили количество рубцов в печени. Это будет определять ваше лечение гепатита С, а также долгосрочное управление здоровьем вашей печени. Ваш провайдер гепатита C порекомендует пройти один из следующих тестов:

Чтобы определить, вызвал ли вирус рубцевание вашей печени, ваш врач может назначить биопсию печени.Во время биопсии ваш врач вставит иглу между ребрами в вашу печень, чтобы взять небольшой образец ткани печени для лабораторного исследования.

Вместо биопсии печени некоторые медицинские работники проверяют жесткость печени с помощью специального ультразвукового аппарата, наиболее распространенным из которых является FibroScan. Чем больше рубцов в печени, тем она жестче. Это обследование, называемое транзиторной эластографией, безболезненно и неинвазивно. Если вам назначен этот тест, не ешьте и не пейте за два часа до его начала.

Существует ряд анализов крови, позволяющих оценить количество рубцов в печени.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.